Вот бывает же так, вроде и знал человека давно, по нашим меркам, а узнал недавно. Мне нечего сказать, обращусь к цитате:
«Мгновенное и далекое (летуче далекое, издалека „мухой кажущееся“).
Мгновенное — молния (шевелись в ее синтаксисе!), далекое — телескоп (психический) каждого из „своего далека“.
Лишь то, что обнаруживает некий общий закон.
Рожденный из света, но родиться нелегко — целая теория! Так что действительно Philosoph nicht minder… (Имеется в виду фраза Гете: „И родится поэт? разве только поэт — философ не менее“.— Ю. С). Далеко и мелочь, не имеющая, казалось бы, значения или отношения ко мне. Например, вкус чая и сады Комбре в чашке чая.
Итак:
1) „на малое время свет“, так что работать нужно;
2) далекое, так что нужен психический телескоп-стереоскоп и между ними пространственно-временной объем. Глубина этого объема проглядывает, доступна, дана только в точке неиндуцируемой индивидуальной реальности — данности души (а это там же, где ударила молния) по мере движения в ее внутреннее измерение, расступающееся и расширяющееся светлое пространство, в котором все объемится „светоносной тьмой“, светотенью.
3) Очевидность как контроль и подтверждение всей картины (поскольку за интеллектуальной радостью тоже закон и „более постоянное основание“). Всякая основательная работа обнажает все — и то, что не было ни предметом, ни задачей.
Почему мы знаем — не знаем, переживаем — не переживаем. Мы не плоскостны и не двухмерны, есть еще измерение — глубины.
Мерцающий объем — за порогом мгновения (если раздвинем), в окоеме телескопического взгляда, между совсем малым и очень большим, изда — * „Mais ce n'est nullement un détail minutieusement observé, c'est toute une théorie de la mémoire et de la connaissance (du moins c'est mon ambition) non promulguée directement en termes logiques“.
Proust à Louis de Robert
лека приближающимся и нас растворяющим, блаженный обморок ухнувшего в глубины обморочного сознания — отдельного, „специального“ сознания.
Что вы сейчас делаете — это и есть „вечная жизнь“, ты здесь и высвечен на мгновение, чтобы она была, так что — шевелись! Нет „царского пути“...»
Мераб Мамардашвили, написал эти примечания к лекциям о романе Марселя Пруста, «В поисках утраченного времени», а мне больше нечего сказать. Я чувствую, что у Лилии Полянской есть и стиль и будущее и не важно чем это сфотагрофировано, и вобще само слово важно тут не уместно.
Читать дальше